Необязательно быть Михалковым, чтобы стать правообладателем. На самом деле, им может стать каждый из нас. Из этой статьи ты узнаешь, как программист, сисадмин или даже простой эникейщик может подставить своего работодателя, который не сумел (не захотел, не удосужился) должным образом оформить авторские права на программы, скрипты и прочие коды, написанные работником.

 

Палка о двух концах

Даже шелл-скрипт из пяти строчек — это де-юре программа для ЭВМ и объект интеллектуальной собственности (ст. 1225 и 1259 ГК). А тот, кто его написал — автор (ст. 1257). С монопольным правом распоряжаться произведением и карающим мечом копирайта в ножнах. Везде, где хоть недолго поработал айтишник, остались «правовые мины» в виде созданных им объектов интеллектуальной собственности. А теперь рассмотрим тонкую юридическую разницу между автором и правообладателем.

Есть распространенное заблуждение, что, якобы, все, что находится на хозяйских компьютерах, принадлежит этому хозяину. Разумеется, это не так, не говоря уже о том, что информация или произведения/программы не могут «принадлежать» кому-либо в принципе, ибо не являются объектами собственности (юристы говорят «вещной собственности», чтобы отличать ее от интеллектуальной собственности). Согласно закону, «интеллектуальные права не зависят от права собственности на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результаты интеллектуальной деятельности» (ст. 1227 ГК). Это значит, что совершенно не важно, на чьем компьютере создана программа, важно лишь, кто ее написал.

А как же трудовые отношения? Разве не принадлежит работодателю все то, что создано работником в рабочее время? Разумеется, нет. Это не так даже в отношении материальных объектов. А интеллектуальные — тем более отвязаны от вещей и территорий. Все это регулируется статьей 1295 ГК. К работодателю переходят права лишь на те программы (так называемые служебные произведения), которые были написаны «в пределах установленных для работника трудовых обязанностей». Эти обязанности должны быть прописаны в трудовом договоре или в должностной инструкции. Когда работник выполняет что-то сверх прописанного, или когда официального перечня обязанностей вообще нет — нет и «служебного произведения» — все остается у автора.

 

Статья 1295. Служебное произведение

1. Авторские права на произведения науки, литературы или искусства, созданные в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору.

2. Исключительное право на служебное произведение принадлежит работодателю, если трудовым или иным договором между работодателем и автором не предусмотрено иное.

Если работодатель в течение трех лет со дня, когда служебное произведение было предоставлено в его распоряжение, не начнет использование этого произведения, не передаст исключительное право на него другому лицу или не сообщит автору о сохранении произведения в тайне, исключительное право на служебное произведение принадлежит автору.

Если работодатель в срок, предусмотренный в абзаце втором настоящего пункта, начнет использование служебного произведения или передаст исключительное право другому лицу, автор имеет право на вознаграждение. Автор приобретает указанное право на вознаграждение и в случае, когда работодатель принял решение о сохранении служебного произведения в тайне и по этой причине не начал использование этого произведения в указанный срок. Размер вознаграждения, условия и порядок его выплаты работодателем определяются договором между ним и работником, а в случае спора — судом.

3. В случае, когда в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи исключительное право на служебное произведение принадлежит автору, работодатель вправе использовать такое произведение способами, обусловленными целью служебного задания, и в вытекающих из задания пределах, а также обнародовать такое произведение, если договором между ним и работником не предусмотрено иное. При этом право автора использовать служебное произведение способом, не обусловленным целью служебного задания, а также хотя бы и способом, обусловленным целью задания, но за пределами, вытекающими из задания работодателя, не ограничивается.

Работодатель может при использовании служебного произведения указывать свое имя или наименование либо требовать такого указания.

Давайте рассмотрим примеры.

Думаю, из приведенных примеров идея понятна. То, что прямо не предусмотрено официальными трудовыми обязанностями, остается интеллектуальной собственностью автора. Даже если там кто-то успел написать «(c)» и название компании.

Итак, работник частенько является правообладателем своих программ. Но начальство, как правило, об этом не задумывается и рассуждает понятиями XIV века: «все, что на моей земле — мое». Такая юридическая дремучесть открывает возможности для умного человека. Кстати, если в твоем трудовом договоре написано что-нибудь про «авторские права», такие пункты, скорее всего, ничтожны. Потому что передать права на еще не созданное произведение можно лишь при очень определенных условиях, по договору авторского заказа (ст. 1288 ГК), с конкретным описанием, что именно автор напишет для заказчика. А правами на неопределенное множество произведений, создаваемых в будущем вообще запрещено распоряжаться (п. 4 ст. 1233). Чтобы права перешли к работодателю, в договоре следует писать не о правах, а о трудовых обязанностях.

 

Как подставить?

Итак, внимательно прочитав трудовой договор и должностную инструкцию (которая, заметим к слову, должна быть работником подписана, иначе — опаньки, не считается), мы находим целый ряд программ, исключительные права на которые не перешли к работодателю. Программой для ЭВМ является как исходный текст на алгоритмическом языке (Си, Паскаль, Ассемблер), так и исполняемый (объектный) код. Программой является шелл-скрипт, скрипт на встроенном/внутреннем языке какого-либо продукта (MSOffice, 1С, Квейк). Также к объектам авторских прав относятся написанные работником тексты, нарисованные им картинки, элементы дизайна, отснятые им фотографии — все, где есть хотя бы намек на творчество. К ним в полной мере применимо описанное в нашей статье. Такими «неслужебными» программами автор распоряжается полностью (п. 1 ст. 1233), может разрешать и запрещать их использование, причем «отсутствие запрета не считается разрешением» (п. 1 ст. 1229). Предприятие же, напротив, без разрешения автора-правообладателя не вправе ни запустить, ни скопировать, ни переработать такую программу. Запускают? Используют? Значит, нарушают твои исключительные* права.

За нарушение исключительных прав предусмотрено три вида ответственности:

  • Гражданская (несут как физические, так и юридические лица);
  • Административная (только физлица);
  • Уголовная (только физлица).

Вторая и третья взаимоисключающи, применяется лишь одна из них, в зависимости от размера нарушения (порог составляет 50 тысяч рублей). К гражданской ответственности можно привлекать независимо от других, последовательно или параллельно.

 

Не грози всуе

К сожалению, все эти виды ответственности хорошо работают лишь в руках юриста. Хорошая аналогия: апологеты и знатоки оружия всегда предупреждают, что нельзя угрожать стволом, если не готов убить оппонента. Некоторые даже договариваются до маргинальной формулировки «если достал — стреляй». Пустые угрозы и психологическую неготовность применить имеющееся оружие многие очень хорошо чувствуют.

Поэтому и говорят, что оружие не повысит защищенности того, кто слаб духом. Для виктимных людей оно лишь создаст дополнительные угрозы, не повысив шансов на победу. С юридическими процедурами примерно так же. Не стоит угрожать «подать в суд» или «посадить», когда не готов на самом деле ввязаться в гражданский процесс или уголовное дело.Психологической готовности тут недостаточно. Требуются еще некоторые знания или деньги на наемного юриста. Пустые юридические угрозы, не подкрепленные квалификацией и моральной готовностью, распознаются профессионалами на раз. И вызывают что угодно, но не испуг.

Нашли в себе готовность? Или, может быть, есть деньги на адвоката? Тогда — вперед, начинаем защищать свои авторские права.

 

Деньги

В ряде случаев цель автора — не в причинении максимальных неприятностей работодателю (бывшему работодателю), а в получении с него возможно большего количества денег. В этом случае начинать следует с переговоров.

Для работника было бы ошибкой вести такие переговоры с неуполномоченным сотрудником (например, с начальником департамента) в надежде, что тот потом передаст твои требования генеральному директору. Вряд ли. В бюрократической системе свои законы. Информация (особенно, информация неприятная) там движется снизу вверх с огромным трудом и мизерными шансами достичь вершины. А вот сверху вниз — все идет с ускорением и энтузиазмом. Поэтому запускать свою телегу следует с самого верха.

Другая ошибка неискушенных правдоискателей — вести переговоры устно. И принимать сколь-нибудь серьезно слова и устные обещания. Поверивший хотя бы одному соглашению без бумаги с подписями и печатями автоматически получает в бюрократической среде ярлык чайника и лузера с соответствующим отношением в дальнейшем. Так что — только письменно, с уведомлениями о доставке, подписями на втором экземпляре, протоколами переговоров и т.д.

Переговоры следует начинать с письменного уведомления в адрес генерального директора о том, что предприятием используются (использовались) такие-то программы для ЭВМ, исключительные права на которые не перешли к работодателю, а остались у тебя. В соответствии с законодательством об авторском праве, ты желаешь получать вознаграждение за них и предлагаешь заключить лицензионный договор. Такая бумага не может быть сокрыта или проигнорирована, она будет поставлена на учет в канцелярии, получит резолюцию директора типа «разобраться, доложить» — и машина закрутится.

Слишком многого не требуй. Понятно, что предприятию должно быть выгоднее приобрести лицензию, чем прекращать использование всех твоих программ. Впрочем, даже в случае прекращения за «уже съеденное» придется уплатить.

 

Месть

Есть вариант внезапного нападения, без переговоров. Это на случай, когда деньги автору не очень нужны. Тогда начать можно сразу с искового заявления в суд или заявления в прокуратуру о преступлении (ч. 2 и 3 ст. 146 УК).

Уголовный вариант применяется, если совокупность твоих программ может быть оценена в сумму свыше 50 000 рублей. Оценка эта, по идее, должна производиться экспертом-оценщиком в рамках предварительного следствия. В России очень часто никакой оценки не проводится, а размер нарушения принимается следователем согласно голословному заявлению правообладателя. Но если ты — не «Майкрософт» и не «Коламбиа Пикчерз», не стоит рассчитывать на такое благоволение со стороны следствия и суда. Без независимой экспертной оценки стоимости твоих программ, скорее всего, не обойтись. Если 50 тысяч явно не наберется (с учетом общего количества используемых экземпляров программ), уголовный вариант бесперспективен.

Привлечение к административной ответственности за нарушение исключительных прав (ст. 7.12 КоАП), когда размер нарушения ниже указанного порога — возможно. Но санкция за административное правонарушение предусмотрена настолько мелкая, что она вряд ли удовлетворит чувство мести обиженного программиста. Впрочем, сам факт привлечения к уголовной или административной ответственности за нарушение авторских прав можно потом использовать при подаче гражданского иска. Это сильно облегчит доказывание факта.

Для гражданского процесса требуется подготовка. Здесь, в отличие от уголовного, никакого предварительного следствия нет, а каждая сторона самостоятельно собирает доказательства. Но придется доказать суду, что:

а) программа написана тобой;
б) она использовалась на компьютерах предприятием;
в) она использовалась в работе предприятия, а не для личных целей работников.

Размер ущерба доказывать не обязательно. Законодатель предусмотрел два варианта: двойной размер стоимости программ или фиксированная сумма за каждый факт нарушения (ст. 1301 ГК). Хочешь — доказывай размер, если надеешься получить таким путем больше денег, хочешь — нет.

То, что программа не является служебной, что права на нее не перешли и не были переданы работодателю, что автор не давал разрешения на использование — эти факты истец доказывать не обязан. Ответчик пусть попробует доказать обратное.

 

Чем докажешь?

Авторство (факт создания программы определенным человеком) можно подтвердить несколькими способами. Абсолютного доказательства, непобиваемого и неоспариваемого, пожалуй, не существует. Не надо пытаться его искать. Парочка прямых, пусть и не стопроцентных доказательств плюс несколько косвенных — такого набора вполне достаточно, чтобы убедить судью. Противная сторона, скорее всего, не сможет представить ничего убедительного, чтобы опровергнуть твое авторство и доказать свое.

Доказательствами авторства могут быть:

  • показания свидетелей, которые видели часть процесса создания программы, давали поручения относительно этой программы, просили ее дополнить или исправить;
  • показания соавторов и авторов отдельных модулей, библиотек, программ, с которыми налаживался обмен данными;
  • наличие у тебя исходников, которые отсутствуют у противной стороны;
  • депонирование программы в каком-либо авторитетном депозитарии от твоего имени с как можно более ранней датой;
  • регистрация программы в «Роспатенте» в соответствии со ст. 1262 ГК;
  • представление более ранних версий, черновиков, подготовительных материалов, которых нет у противной стороны (например, схема взаимосвязей функций программы или описание недокументированных возможностей);
  • включение в исходный текст или объектный код твоего имени стеганографическими методами;
  • служебная переписка и иные документы, где ты упомянут в качестве разработчика (например, заявки об обнаружении багов и твои ответы об их исправлении);
  • заключение эксперта о совпадении стиля написания и/или оформления исходного текста программы с другими твоими программами, авторство которых не подвергается сомнению;
  • заверенная нотариусом дата на исходном тексте программы (это косвенное доказательство, доказывает лишь то, что ты имел исходный текст на такую-то дату);

Понятно, что «неслужебные» программы пишутся, как правило, по инициативе работника. За депонированием версий, написанием документации никто не следит, техзадание не составляет, структуру БД не утверждает. В этих условиях все черновики и сопутствующие документы оседают у автора, а у работодателя — ничего. Не стирай их, лучше закатай в архив и унеси в безопасное место — это может пригодиться на случай будущего конфликта.

 

Имя

Кроме исключительных прав, автор также имеет ряд прав неимущественного характера, в частности, право на имя. Автор программы (все соавторы) имеет право указать свое имя или псевдоним на экземплярах этой программы. Оно неотчуждаемо и неотказуемо. Ты, конечно, можешь не пользоваться этим правом, но любой отказ от него недействителен.

К сожалению, закон не определяет, в каком виде и в каком месте должно быть указано имя автора. Для книг и фильмов такое место определено традициями (обычаи делового оборота — ст. 10 ГК). Для компьютерных программ традиции не сложились. Возможно, потому, что в стране, производящей большинство программ, то есть, в США, право на имя не является неотчуждаемым, программист там легко лишается этого права, подписав соответствующую бумагу. В России, какие бы обязательства ни подписывал работник, он может потом настаивать на указании себя в числе авторов. За нарушение этого права предусмотрена гражданская ответственность (ст. 1251 ГК).

Другое неимущественное право — право считаться автором — заключается в том, что ты можешь невозбранимо заявлять: «Я написал эту программу». Независимо от того, кто ее использует, кому были переданы и потом перепроданы исключительные права на нее, кому на каких условиях выдана лицензия. Понятно, что к служебным программам это также относится. Например, при составлении резюме или портфолио это право актуально.

 

Статья 1265. Право авторства и право автора на имя

1. Право авторства — право признаваться автором произведения и право автора на имя — право использовать или разрешать использование произведения под своим именем, под вымышленным именем (псевдонимом) или без указания имени, то есть анонимно, неотчуждаемы и непередаваемы, в том числе при передаче другому лицу или переходе к нему исключительного права на произведение и при предоставлении другому лицу права использования произведения. Отказ от этих прав ничтожен.

2. При опубликовании произведения анонимно или под псевдонимом (за исключением случая, когда псевдоним автора не оставляет сомнения в его личности) издатель (пункт 1 статьи 1287), имя или наименование которого указано на произведении, при отсутствии доказательств иного считается представителем автора и в этом качестве имеет право защищать права автора и обеспечивать их осуществление. Это положение действует до тех пор, пока автор такого произведения не раскроет свою личность и не заявит о своем авторстве.

 

Образец для подражания

Несмотря на то, что норма о служебных произведениях действует в России с 1993 года, судебных прецедентов по ней было немного. Скорее всего, стороны предпочитают не доводить дело до судебной огласки и стараются урегулировать спор в тиши кабинетов. Впрочем, один прецедент вашему покорному слуге известен. Я в нем участвовал в качестве посредника по просьбе автора — потенциального истца.

Программист при увольнении из компании «А» не получил всех обещанных ему денег. Он выждал годик, пока продукт, в написании которого участвовал, был завершен. Затем его передали в эксплуатацию (лицензировали) крупной нефтегазовой корпорации «Т». И только после этого программист прислал к бывшему работодателю своего адвоката. Особенность ситуации в том, что формальным нарушителем авторских прав теперь являлся уже не только недобросовестный работодатель программиста «А», но и богатенький «Т» (Да, конечно, он не знал. Но в гражданском праве нет принципа вины. Ответственность может наступать и при отсутствии умысла (например, п. 3 ст. 1250 ГК). Нарушал — плати. А потом можешь подавать так называемый регрессный иск к тому, кто действительно «знал» или «виноват»). Ответчиком можно было назначать любого из них или обоих вместе. Оценив такую перспективу, владелец компании «А» предпочел тихо расплатиться с нашим героем, лишь бы нефтегазовый заказчик не узнал, какого юридического троянского коня ему продали под видом программного продукта.

В качестве постскриптума хочу напомнить, что в старину на Руси говорили: «С сильным не дерись, с богатым не судись». Что изменилось с тех пор в стране? Изменилось все. И ничего.

Оставить мнение

Check Also

Espruino Pico. Учимся программировать USB-микроконтроллер на JavaScript и делаем из него токен авторизации

Несмотря на огромное количество устройств на базе микроконтроллеров, созданных на волне ус…