На самом деле я хотел рассказать вам о торсионных полях, вторжении пришельцев
и нечеловеческих опытах в застенках спецслужб, но перед моим окном вспыхивают
зелёные огоньки, в сотовом телефоне раздаётся странное пощёлкивание, а в унитазе
пристально моргает красный глаз – всё это наводит на размышления о
неприкосновенности частной жизни и демократических свободах. Миру мир! Пожалуй,
не будем ставить свои меркантильные интересы выше интересов государства, ха-ха.
Чур я Владимир Владимировича как отца родного уважаю! В мире итак полно
интересных вещей, достойных нашего внимания. Например, клонирование. Ситуация на
этом фронте в последнее время изменялось мало, однако уже имеющееся информация
редко систематизировалась. Нет, мы не ожидаем в ближайшее время армии клонов,
или генетических монстров, или подстав вышестоящих руководителей власти на их
идентичные копии (хотя это было бы идеальным решением «проблемы 2008»,
хе-хе), но как-то морально подготовится к прогрессу имхо необходимо. Пора уже
отвыкать от стандартной формы поведения «всё, что закономерно, непредсказуемо» и
формировать собственное мнение о каком бы то ни было явлении ещё до его
проявления. «Ну и каким это боком клонирование стоит к нашей субкультуре», -
задумчиво спросят программисты. А таким: технологии уже не только формируют
сферы нашей жизни, но меняют, даже создают нас самих. Весь киберпанк нервно
сосёт в стороне по сравнению с наработками в современной генной инженерии. И,
возможно, через десять лет будущие программисты будут олицетворять себя как
элементы создаваемой программы. Мир окончательно и безнадёжно глобализируется.
Но обо всём по порядку.

Истерия создания

Напомню, существуют два направления биотехнологий: репродуктивное и
терапевтическое. В первом речь идёт об искусственном воспроизведении живых форм,
в том числе и человека. Во втором – выращивание клеток в органы и ткани с целью
последующей трансплантации, а так же в исследованиях (никакие экспериментальные
препараты нельзя исследовать на живых людях, а вот на живых тканях вполне).
Впервые искусственно клонировать живое существо удалось в 1997 году Яну Уилмоту
из Росслинского института. Животное, вошедшее во все учебники истории, оказалось
овцой по имени Долли. Клонирование Ян осуществил методом пересадки ядра клетки
вымени, принадлежавшего биологической матери будущей знаменитости, в яйцеклетку
другого животного. Особенностью примененного способа было то, что в результате
эксперимента с половой клеткой-носителем была соединена частица обычного
биологического материала. В конце того же 1997 года состоялось ещё одно
сенсационное открытие. Научные журналы сообщили о рождении овечки Поли, которая
в некотором смысле была уже мутантом-кентавром. В её организме присутствовал
человеческий ген фактора IX, участвующего в процессе свертывания крови.
Декларировалось, что этот кровеостанавливающий белок будет использован для
лечения людей, больных гемофилией (несвёртываемостью крови). А спустя два года
всё в той же Великобритании были выведены поросята, имеющие человеческие сердца.
Ожидалось, что эти открытия дадут мощный толчок развитию трансплантологии,
заговорили о подходах к искусственному бессмертию человека. Однако уже в 1999
году в этой пасторальной картинке наметилась трещина – учёные заметили, что
биологический материал овечки Долли был более старым по сравнению с аналогичными
пробами, взятыми у её сверстниц, которые родились обычным способом. А в 2003
году знаменитость пришлось усыпить из-за неизлечимого заболевания лёгких.
Современные передовые технологии оказались не такими уж и передовыми. В
последующие годы эксперименты по клонированию позволили избавиться от
преждевременного старения, однако статистика показала, что в целом клонированные
животные, имеют большую склонность к заболеваниям, чем их природные аналоги.
Физическое вмешательство в природную систему затронуло хрупкое равновесие
таинства зарождения и привело к ослаблению иммунитета. Ну прям аналог СПИДа, ей
богу. Чтоб не увеличивали количества живых элементов на планете.

Я, снова я, и ещё раз я

Помимо основного животрепещущего вопроса «Тварь ли я дрожащая, или право
имею» мир перед лицом клонирования эстетствующе мучается: «Нельзя выращивать
человека, как растение», «Нельзя выращивать клонов на убой, разбирая их на
части», «Клонирование — уничтожение генофонда», «Клоны будут монстрами, уродами,
а также недочеловеками, рабами и так далее». Уж что не научная публикация, так
страшилка на ночь для самых маленьких. Я вот тут насобирал различных
высказываний на данную тематику, и если бы поверил в них, в первых рядах полез
бы душить первого человеческого клона. Утверждается, что «по своему душевному
складу человеческие клоны будут существенно отличаться от людей, появившихся на
свет обычным путём. Во-первых, потому что клонирование лишено атмосферы
взаимного влечения друг к другу будущих родителей ребёнка из-за чего он появится
на свет, лишённый внутриутробного опыта любви (???). При этом подразумевается,
что договаривающиеся стороны должны были обладать способностью к эмоциональному
сопереживанию. Нетрудно заметить, что естественный отбор направлен в сторону
накопления чисто человеческих качеств, позволяющих строить с другими людьми
отношения». У многочисленных «исследователей» напрашивается вывод о том, что
«людям из пробирки будут присущи эмоциональная холодность, чёрствость, неумение
налаживать контакты с окружающими».

Во-вторых, утверждают сонмы борцов с биоинженерией, «у такого ребёнка будет
отсутствовать опыт внутриутробного общения с матерью (?), психологически крайне
важный для человека (?!). Известно, что при этом мать общается с ребёнком через
сны (фига себе замутили – прим. автора), поскольку видит вместе с ним одни и те
же сновидные сюжеты». Может я такой далёкий от науки, но даже мне подобные
высказывания кажутся надуманными. Хотя бы потому, что «дети из пробирки» это
метафора. До людей, рождаемых в инкубаторах, науке двигаться никак не меньше
полувека. Так что всякое внутриутробное развитие у ребёнка будет присутствовать
в полной мере – в конце концов расти он будет в утробе вполне человеческой
матери. А сколько людей на планете цивильно рождены без всякого влечения
родителей, так и не подсчитать. Утверждения, что клону будут присущи чувства
одиночества и замкнутости – дырявого презерватива не стоят. Что ему будет
присуще, так это звёздная болезнь. Первые клоны просто обречены на тотальный
успех. Эх, а сколько девушек захотят с ними переспать :(.

В-третьих, такие личности не пройдут через опыт родовой травмы, описанный С.
Грофом в качестве своеобразных психологических матриц, соответствующим второй и
третьей стадиям родового процесса». Полный бред, как мы знаем. Клонов будут
рождать материальные мыслящие женщины и, к тому же, считать этих детей своими.

В-четвертых, наличие каких-либо больших или малых уродств, риск возникновения
генетических расстройств внесёт свой вклад в формирование у таких личностей
затаённого чувства внутренней ущербности. Дополнительным поводом к этому станет
и то, что природа позаботится о снижении у клонов возможности к сексуальной
жизни, поскольку такого рода действия не имеют для них эволюционного смысла.
Подобный комплекс неполноценности, скорее всего, будет компенсирован
беспочвенным ощущением своей технологической чистоты и превосходства над дикими,
природными людьми». Никаких уродств у клонов нет и не будет. Как я уже говорил,
возможно ослабление здоровья, не более того. Почему природа должна заботиться о
снижении сексуальности у клонов, никак в толк взять не могу. Да всё у них будет
хорошо и никакой «избранности» или «ущербности» по отношению к остальным людям
они испытывать не будут. Подобные чувства могут зародиться только в самой
общественности. Матрица, она ведь, знаете ли, не вокруг нас, а внутри. И сбои
пространства рождаются в голове. Всё, что нам следует опасаться при
клонировании, кроется в собственном мозгу, в так называемой «ловушке разума.

Ловушка разума

Не приведение рождает страх, а страх рождает приведение. Очень многие люди на
планете искренне уверенны, клоны будут жестокими и расчётливыми уродами. Мол, и
обычные люди при этом начнут вырождаться, станут мягкими и непоследовательными.
Наметится тенденция к расслоению общества по биологическим признакам. Налицо все
условия для возникновения масштабных социальных конфликтов совершенно нового
типа. Психологическая подоплека клонов — бескомпромиссная эволюционная борьба за
собственное выживание. В общем, клонировании это сакс и маздай.

Учёный мир, а вместе с ним и интересующаяся общественность разделились на три
лагеря. Первый - учёные отстаивают перед властями возможность клонирования
стволовых клеток во имя будущего медицины и всеобщего бессмертия. Тру. Тут ни о
каком клонировании человека речи нет — наоборот, учёные стараются максимально
дистанцироваться от этой горячей темы. Но камнем преткновения стали
эмбриональные клетки под предлогом, что нельзя и всё. Нельзя. Больше всего шума
в США, где президент Буш строго-настрого наказал эмбрионов, какими бы
безнадёжными они ни были, не трогать. Есть, говорит, альтернативные способы —
плацента, пуповина или что там ещё - вот берите это и работайте со своими
стволовыми клетками на здоровье. Буш он вообще ведь против всего клонирования.
От греха подальше.

Второй - опальная группа учёных, засекретивших всё по самое не хочу, делает
из недр своих тайных лабораторий заявления, вроде первый клон человека вот-вот
родится, или уже родился и недавно ему исполнилось пятьдесят семь лет. Верить им
особо никто не верит, но выслушивают с тревожным интересом. Третье направление -
довольно разношерстное и, пожалуй, местами скучноватое: специалисты
предупреждают, спорят или выносят вердикт, что, мол, безнадёжно всё это
клонирование, невозможно, но неизбежно, потому что технология изначально порочна
и несовершенна. Так что нифига не добьёмся. Однако в целом это пустая трата
времени и сил. Родиться человеческий клон и что? Направление этой области
действительно бесперспективное. Потому что клон – это другой человек, что-то
вроде брата или сестры, но не точная копия человека. В полном соответствии с
законами природы клон кого бы то ни было (в том числе, полученный из моих личных
стволовых клеток, уже второй год лежащих в жидком азоте) будет новорождённым
младенцем. Под влиянием факторов внешней среды мой клон будет отличаться от меня
по внешнему виду (первая клонированная кошка по кличке Копирка и исходная особь
похожи не больше, чем родные сестры). Его личность будет формироваться в
совершенно других условиях. А о переносе информации (личности, памяти, души) в
нейроны клона сейчас могут компетентно (или очень некомпетентно) рассуждать
только фантасты. Для научного анализа такой проблемы у нас недостаточно данных.
Теоретически когда-нибудь можно будет заранее сделать копию человека на запчасти
– но это обойдётся намного дороже, чем выращивание запасных органов по
отдельности. Такие органы, как минимум, не придётся десятилетиями кормить,
поддерживать в них физическую форму и выносить за ними судно, и их можно будет
выращивать прямо на месте, не подвергая пациента опасностям, связанным с
пересадкой.

За прошедшие с рождения знаменитой Долли восемь лет методы репродуктивного
клонирования не достигли совершенства. Долли действительно родилась старушкой и
болела, пока её не усыпили – но это же было самое первое в мире настоящее, а не
полученное с помощью перевязки икринки, клонированное животное! Делать из
плохого здоровья Долли вывод о том, что клонированием нельзя создать полноценный
организм – то же самое, что, посмотрев на аэроплан братьев Райт, говорить, что
летательные аппараты тяжелее воздуха никуда не годятся. К тому же мыши, кошки,
овцы, приматы и так далее – это разные таксоны со своими биологическими
особенностями. Клонирование лабораторных мышей, да ещё и с заданными изменениями
в хромосомах, давно перестали быть чем-то уникальным. Первые линии таких мышей
живут уже десятое мышиное поколение. Дело идёт к тому, что через N лет
клонированных мышек, меченных зелёным флуоресцентным белком медузы, будут делать
третьекурсники на практикуме по молекулярной биологии. Скорее всего, рано или
поздно возрастные изменения в хромосомах исходного организма научатся
восстанавливать, как минимум, при клонировании, например, наращивая теломеры –
концевые участки хромосом, определяющие способность клетки к делению, или
другими способами вмешиваясь в механизмы регуляции функции генов. Но это – дело
достаточно отдалённого будущего, и человечество сумеет решить связанные с этим
проблемы, как тысячи лет решало проблемы, связанные с научно-техническим
прогрессом – лишь бы не было Третьей мировой.

История генной инженерии началась с добровольного моратория, который авторы
метода предложили и вместе с коллегами со всего мира соблюдали, пока не
выработали правила техники безопасности при создании трансгенных организмов.
Образ безумного профессора, готового ради удовлетворения собственного
любопытства или личных целей выпустить из бутылки любого джинна – голливудский
штамп. Настоящие, а не киношные учёные поставят любое необходимое количество
опытов на мышках, кошках и обезьянках, прежде чем переходить к первым осторожным
опытам на людях. До сих пор в подавляющем большинстве случаев учёные поступали
именно так. А если кто-нибудь в погоне за сомнительной славой рискнёт провести
на человеке эксперимент с неизвестными последствиями – это ещё не нашествие
клонов, враждебных всему человеческому, которых представляет себе запуганный
обыватель.

Хотя я уверен, что на самом деле у среднестатистического обывателя достаточно
здравого смысла, чтобы не воспринимать страшилки о клонах всерьёз, и достаточно
других забот, кроме опасностей тотального клонирования. Другое дело –
агрессивный и общественно активный обыватель, канализирующий своё либидо в
борьбу с чем угодно. Скорее всего, репродуктивное клонирование человека не будет
носить не то что массового, а сколько-нибудь заметного характера. Представителей
высшей расы, Деймосов Стренталлов, Шварценеггеров, Паваротти и так далее можно
получить куда более простым и дешёвым способом, чем клонирование. Преданных или
запуганных рабов, злобных фанатиков или, наоборот, умных и добрых людей можно
воспитать обычными способами, клонирование для этого не нужно. От клонирования
нельзя ожидать ни выгоды, ни удовольствия, и, удовлетворив своё научное
любопытство, люди оставят его – разве что за исключением каких-то особых
случаев, и наверняка сумеют получить от этого больше пользы, чем вреда.
Человечеству грозит множество разных опасностей, и в самом конце этого списка,
среди опасностей маловероятных и при этом небольших (а то и вовсе надуманных)
находится клонирование. А на первое место следует поставить наше собственное,
агрессивно настроенное ко всему новому, мышление. И когда появится партия
«Смерть клонам» (она появится, можете не сомневаться), мы знаем, чем ей
ответить. Мир вам!

Оставить мнение