Киборги — это не только герои фантастических фильмов. Это не терминатор, не робот полицейский и даже не Карлсон, который живёт на крыше. Они давно среди нас, просто они не всегда напоминают киборгов из фантастических фильмов.

 

Слава психонавтам!

В 1960 году будущее казалось простым, понятным и оптимистичным. По обе стороны железного занавеса царила труднообъяснимая уверенность в том, что до мира всеобщего благоденствия с межпланетными путешествиями, умными роботами и пресловутыми летающими автомобилями рукой подать. Слово «киборг» было придумано именно для этого мира.

Мечтать о будущем проще, когда о нём почти ничего не знаешь. В 1960 году космонавтика была именно такой темой. Человек никогда не покидал атмосферы Земли. Специалисты имели лишь смутное представление о том, что ждёт космонавта на орбите. И даже они не знали, в каком направлении пойдёт развитие космической техники, каким будет следующий шаг.

Американские учёные Манфред Клайнз и Натан Клайн предположили, что следующий шаг потребует не новых ракет, а новых людей. «Космические путешествия, — писали они в журнале «Аэронавтика», — подталкивают человека к более активному участию в своей собственной биологической эволюции. Научные достижения будущего следует направить на то, чтобы сделать возможной жизнь в среде, которая радикально отличается от знакомой нам природы».

Усовершенствованные люди Клайна и Клайнза — это и есть «киборги». Интересно, что усовершенствования, которые они предлагали, были не столько кибернетическими, сколько фармацевтическими. Для них, впрочем, это было самым естественным подходом. Натан Клайн сделал себе имя на исследованиях в области медикаментозных методов управления поведением, настроением и чувствами людей.

В научной работе, озаглавленной «Фармацевтические препараты, космос и кибернетика», учёные предлагают снабдить космонавтов устройствами, которые будут делать регулярные инъекции различных веществ. В пятидесятые годы медики вживляли похожие приспособления подопытным крысам, и не без успеха, так что задел есть. Дальше остаётся подобрать нужные химические средства — и дело сделано.

Стимуляторы позволят космонавтам неделями обходиться без сна и отдыха. Внутривенные питательные смеси устранят необходимость сразу и в еде, и в отводе отходов жизнедеятельности. Специальные препараты сократят радиационное повреждение тканей и атрофию мышц под действием невесомости. Кроме того космонавту понадобятся антипсихотические лекарства, помогающие не сойти с ума в полной темноте и одиночестве, и наркотики, с помощью которых можно отключиться на несколько месяцев или лет, если травма сделала существование невыносимым.

Механическая рука, 1564 год
Механическая рука, 1564 год

Жизнь химического киборга, которого описывают Клайн и Клайнз, выглядит до смешного мрачно. Это, впрочем, не чёрный юмор, а прагматизм, свойственный военным. Боевым пилотам в самом деле выдают декстроамфетамин, запрещённый наркотик, помогающий выдерживать двадцатичасовые миссии. Солдат кормят диметиламином — токсичным веществом, используемым в ракетном топливе и химическом оружии, которое способно на несколько часов повысить выносливость человека.

Время от времени СМИ рассказывают об исследованиях, которые ведут лаборатории в США и Великобритании по заказу военных. Например, не так давно поступали сообщения об экспериментах с препаратами, которые притупляют кратковременную память — они нужны для того, чтобы предотвратить посттравматический синдром. Другие лекарства на время замедляют метаболизм солдат, уменьшая их потребность в пище.

Над идеями Клайна и Клайнза легко иронизировать, но они оказались более чем реалистичными. В конечном счёте, за вычетом миссий к другим планетам всё так и вышло. Ноотропы, бета-адреноблокаторы, противозачаточные средства меняют «встроенную функциональность» организма на ту, которая нам нужна. Что это, как не «активное участие в своей собственной биологической эволюции»?

 

С дырочкой в правом боку

Давно замечено, что люди зря жалуются на XXI век, в котором не оказалось обещанных фантастами ракетных ранцев и городов на Марсе. Это мечты другого поколения — тех, кому теперь за пятьдесят. Нам же фантасты обещали совсем другое: тёмное будущее со зловещими мегакорпорациями, подпольных хакеров и роботов-убийц. И нельзя сказать, что их обещания не сбылись.

Правда, выяснилось, что при ближайшем рассмотрении наша киберпанковская реальность выглядит куда глупее ожидаемого. Цукерберг при всём желании не тянет на серьёзного злодея — лицом не вышел. Predator или, прости господи, «Пчела-1Т» не выдерживают никакого сравнения с терминатором Т-1000. А вместо Джонни Мнемоника с его «имплантом» на 320 гигабайтов мы получили человека, который зашил себе в руку чип от проездного «Тройка». Невыгодный обмен!

 

Мода на «высокотехнологичные» имплантаты началась, конечно, не с Владислава Зайцева с его «Тройкой». В этой области есть свои небольшие звёзды — например, голландец Амаль Граафстра. Он вживил себе две электронные метки, написал об этом книгу, а затем долго гастролировал по гиковским конференциям с рассказом о своих достижениях. Кроме того, Граафстра открыл интернет-магазин для тех, кто желает последовать по его стопам. Магазин торгует чипами RFID, биомагнитами, одноразовыми скальпелями и обезболивающим для местной анестезии.

Между имплантатами Граафстры и научно-фантастическими устройствами, обозначаемыми тем же словом, зияет непреодолимая пропасть. Каждый из двух чипов, — по одному на каждую руку, — хранит несколько десятков битов информации, которая может быть считана дистанционно. Они не требуют питания, и в этом их главное достоинство. Граафстра использует чипы для того, чтобы открывать двери со специальными замками и ограничивать доступ к своему компьютеру и телефону. Некоторые смартфоны могут считать с его меток контактную информацию, но это вряд ли происходит часто. Кроме того, у Граафстры есть мотоцикл, который заводится от прикосновения.

Человек, в организме которого скрыта микросхема (даже такая жалкая), куда ближе к общепринятому представлению о киборгах, чем наркотические космонавты Клайна и Клайнза. Увы, стоит задуматься о её значении, и иллюзия рассыпается в прах.

Что, собственно говоря, представляют собой чипы Граафстры? Эквивалент электронного ключа или карты. Вся разница в том, что он носит их не в кармане, а под кожей, но суть остаётся той же. Аналогичный эффект достижим не только без проводов под кожей, но и вовсе без технических устройств. Электронную карту легко заменить на QR-код, нанесённый на кожу. От такого варианта уже не так веет будущим, верно?

 

Наконец, с тем же успехом в качестве ключа можно использовать банальную биометрию — иными словами, собственный организм. Получается, что подлинный смысл всех этих модификаций — всего лишь научно-фантастический фетишизм с лёгкой примесью боди-хоррора. Ролевая игра «почувствуй себя киборгом», да и только.

 

Где сидит фазан

Хорошо, пусть RFID под кожей — это баловство, но что насчёт настоящих киберпанковских имплантатов, подключённых напрямую к нервам? Как ни странно, нейроинтерфейсы — вовсе не фантастика: они существуют, и довольно давно. Первая успешная операция, позволившая соединить компьютер и мозг без посредников, прошла в 1978 году. С тех пор эта технология только совершенствовалась.

Где же тогда мой нейропорт на затылке? Ответ прост. Даже самые совершенные рукотворные устройства имеют непреодолимый недостаток: она устаревают и ломаются. И, в отличие от обычного гаджета, который легко поменять, голова у нас на всю жизнь одна. Пациенты с тяжёлыми болезнями идут на риск, потому что альтернатива ещё хуже. Для здоровых людей это не вариант.

К тому же — и это малоизвестный факт — для того, чтобы получить прямой канал для передачи информации в мозг, вовсе не требуется вскрывать череп. Мы обладаем прекрасными «внешними интерфейсами», которые всего лишь нужно перепрограммировать.

В 1969 году авторитетный научный журнал Nature опубликовал работу нейробиолога по имени Пол Бак-и-Рита. Чтобы изучить способность мозга к адаптации, Бак-и-Рита построил адское сооружение: кресло, спинка которого скрывала матрицу из четырёх сотен соленоидов. Соленоиды были соединены с видеокамерой, направленной вперёд. В зависимости от изображения на камере каждый соленоид вибрировал по-своему. Проведя несколько сеансов в таком кресле, незрячие люди начинали автоматически различать предметы, попадающие в поле зрение камеры. Это происходило оттого, что их мозг перестроился и научился различать тактильные образы, передаваемые креслом.

 

Этот подход с успехом применяется до сих пор. Даже сам Бак-и-Рита не остался в стороне. В 1998 году он основал компанию Wicab, которая производит устройство под названием BrainPort. BrainPort представляет собой небольшую пластинку с электродами, которую нужно положить на язык. Электронное устройство со встроенной камерой переводит изображение в электрические сигналы, подаваемые на пластинку. После недолгой адаптации люди, лишённые зрения, обретают способность интерпретировать электрические сигналы на языке как изображение, пусть и не очень качественное.

Другой пример — цветовой слух британского художника Нила Харбиссона. Нил имеет редкий врождённый дефект, делающий его зрение монохромным. Чтобы различать цвета, он носит на голове специальное приспособление, которое переводит цвета объектов в звуки различной тональности. На первых порах Харбиссон использовал его вполне сознательно, но в какой-то момент произошёл тот же скачок, который в своё время наблюдал Бак-и-Рита: мозг художника адаптировался к писку приспособления и научился использовать новый канал информации подсознательно.

«Когда я стал видеть цветные сны, я понял, что софт и мой мозг соединились, потому что во сне мой мозг сам генерировал электронные звуки, — рассказывал Харбиссон о своих впечатлениях на конференции TED. — В этот момент я и почувствовал себя киборгом. С моей точки зрения киберустройство перестало быть устройством. Оно стало частью моего тела, расширением моих органов чувств».

Со временем Харбиссон решил пойти дальше и расширил спектр цветов, которые различает его приспособление. В результате он получил способность «видеть» ультрафиолет и инфракрасный, которые незаметны для обычных людей.

А что будет, если вынудить мозг приспособиться к чувствам, которые не имеют нормальных человеческих аналогов? Опытами в этой области занимается нейробиолог Дэвид Иглман. Он использует приспособление, напоминающее кресло Бак-и-Риты с поправкой на полвека технического прогресса: матрица вибромоторчиков от мобильных телефонов встроена в ткань жилетки учёного.

Жилетка Иглмана дрожит не от визуальных образов или цветов. Её приводит в движение чистая информация, поступающая из интернета. В различных экспериментах на неё подавался поток сведений о биржевых сделках в реальном времени, результаты эмоционального анализа потока сообщений в соцсетях и данные с датчиков, встроенных в квадрокоптер. Иглман полагает, что мозг человека можно научить находить закономерности в огромных потоках информации — в конце концов, справляется же он с визуальной информацией, поступающей из глаз. Её как минимум не меньше.

Если он преуспеет, новые киборги будут не просто различать ультрафиолет и магнитное поле. В дополнение к обычным пяти органам чувств они получат новые: подсознательное биржевое чутьё, глаза на затылке и прямой канал в Twitter. Так и должно быть — это по-киборговски.

1 комментарий

  1. Аватар

    k1k0

    08.10.2015 в 22:03

    «непреодолимый недостаток: она устаревают и ломаются»
    Тут опечатка.
    Твиттер…это по-киборгски. Ну-ну.

Оставить мнение